1062/07

Станьо против Бельгии   [Stagno v. Belgium] (№ 1062/07)   Постановление от 7 июля 2009 г. [вынесено II Секцией]   Обстоятельства дела После смерти отца двум заявительницам, в тот период несовершеннолет-   ним, и нескольким другим потомкам страховая компания выплатила денеж-   ную сумму как выгодоприобретателям по договору страхования жизни   отца. Их мать, являясь законным представителем детей в управлении их   имуществом, поместила денежные средства на сберегательные счета, спи-   сав их менее чем через год. По достижении совершеннолетия заявительни-   цы предъявили иск к матери и страховой компании. Позднее они отказа-   лись от требований к матери, заключив с ней соглашение. Суд признал их   иск к компании неприемлемым на том основании, что к любому требова-   нию, вытекающему из договора страхования, применим трехлетний срок   исковой давности. Апелляционный суд также отклонил их довод о том, что,   поскольку они в то время были несовершеннолетними, они не имели дее-   способности для предъявления иска. Кассационная жалоба также была   отклонена на том основании, что цель, преследуемая установлением срока   давности, а именно исключение исчезновения доказательств и средств про-   верки, не могла быть достигнута, если бы застрахованные лица или выго-   доприобретатели были вправе предъявлять иски по истечении многих лет   после возникновения оснований для них. Заявительницы утверждали, что   неправомерное возложение на них отрицательных последствий за то, что в   возрасте 9 и 10 лет они не обратились за назначением специального опеку-   на, и что они фактически находились в ситуации, когда не имели законного   представителя, через которого могли бы осуществлять свои права.   Кассационный суд пришел к выводу о том, что было бы нецелесообразно   допускать иной подход к лицам, не имеющим юридического представи-   тельства.   Вопросы права Установленные законом сроки исковой давности преследовали законную   цель обеспечения правовой определенности, поскольку они защищали   потенциальных ответчиков от просроченных требований и означали, что   суды освобождаются от необходимости вынесения решений, основанных   на доказательствах, которые со временем приобрели свойство неопреде-   ленности или неполноты. Суды установили, что сроки давности применя-   ются также к требованиям несовершеннолетних, и отдали предпочтение   интересам страховых компаний. Однако для заявительниц была практиче-   ски невозможной защита имущественных прав против компании до дости-   жения совершеннолетия, и к тому времени, когда они достигли совершен-   нолетия, по их требованию против компании истек срок исковой давности.   Кроме того, тот факт, что заявительницы предъявили иск к матери, а затем   отказались от него, в принципе не должен влиять на их право на предъявле-   ние требований к страховой компании и на его рассмотрение по существу,   особенно, если учесть, что основная ответственность возлагается на страхо-   вую компанию, а ответственность матери является вторичной. Таким обра-   зом, неукоснительное применение срока исковой давности без учета кон-   кретных обстоятельств дела воспрепятствовало заявительницам в исполь-   зовании средства правовой защиты, которое в принципе было им доступно.   Это ограничение их права доступа к суду было несоразмерным в отноше-   нии цели обеспечения правовой определенности и надлежащего отправле-   ния правосудия.   Постановление По делу допущено нарушение требований статьи 6 Конвенции (вынесено   шестью голосами «за» и одним голосом «против»).   Компенсация В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил   выплатить каждой заявительнице 3 000 евро в счет компенсации причи-   ненного морального вреда.