1474/62;1677/62;1691/62;1769/63;1994/63;2126/64

Идентификационный номер: ECH-1968-S-003   Дело, "относящееся к некоторым аспектам законов об использовании языков в системе   образования Бельгии"   а) Совет Европы / b) Европейский суд по Правам Человека / c) Пленум / d) 23.07.1968 / e) / f)   Дело, "относящееся к некоторым аспектам законов об использовании языков в системе   образования Бельгии" / g) решение представлено к опубликованию в Сборнике постановлений и   решений, серия А, 06 / h).   Ключевые слова для системного указателя:   2.1.1.4 Источники конституционного права - Категории - Письменные источники -   Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 года.   3.15 Общие принципы - Пропорциональность.   3.19 Общие принципы - Обоснованность.   5.1.1.2 Основные права   недискриминация.   - Общие вопросы - Основные принципы - Равенство и   5.2.33 Основные права - Гражданские и политические права - Свобода пользования языком.   5.3.2 Основные права - Экономические, социальные и культурные права - Право на   обрлзовлние.   Ключевые слова для алфавитного указателя:   Образование, языковой режим / Язык, дискриминация / Регионы, где используется один язык   общения.   Краткая аннотация:   "Право на образование" влечет обязательство государств гарантировать право доступа к   существующим учебным заведениям, а также право на официальное признание пройденного   курса обучения в соответствии с правилами, действующими в каждом конкретном государстве.   Оно не накладывает на государство никаких требований лингвистического порядка. Таким   образом, языковой режим образования в Бельгии нарушен не был.   Меры, принимаемые в области образования, могут затронуть право на уважение личной и   семейной жизни. Лингвистический режим образования в Бельгии не вызвал подобных   последствий.   Пользование правами и свободами, признанными Конвенцией, должно обеспечиваться без   какой-либо дискриминации. Конвенция не предусматривает всеобщего права на   недискриминацию.   Равенство в обращении нарушается только в том случае, если устанавливаемому различию в   обращении не хватает объективного и разумного обоснования; последнее должно оцениваться   по отношению к цели и последствиям рассматриваемой меры, и принимая во внимание   принципы, обычно превалирующие в демократическом обществе. Обращение также является   дискриминационным, если явно установлено отсутствие разумной связи между используемыми   средствами и законной преследуемой целью.   Основываясь исключительно на месте жительства родителей, положения бельгийского закона   препятствовали доступу некоторых детей   к школам с обучением на французском,   расположенным в шести коммунах вокруг Брюсселя и имеющих свой собственный статус, и тем   самым нарушили право этих детей на образование из-за своего дискриминационного характера.   Сокращенное содержание:   С июня 1962 г. по январь 1964 г. жители ряда коммун и их окрестностей, принадлежащих по   закону к "голландско-говорящему району" (за исключением уроженцев г. Краайнем (Kraainem),   относящегося к административному округу, наделенному собственным статусом), подали в   Комиссию заявления, направленные против Бельгии. Выступая как от своего собственного   имени, так и от имени своих несовершеннолетних детей (общим числом более 800), заявители -   все франко-говорящие, жаловались на ряд законодательных актов, принятых в Бельгии, и в   частности, на закон от 30 июля 1963 г. о регламентации использования языков в   образовательной системе, а также на раздел закона от 2 августа 1963 г. об использовании   языком   в административной области, который относился к "персоналу, учащимся и   обучающему контингенту". Среди всего прочего, они упрекали бельгийское государство в том,   что оно   - ничего не сделало для образования на французском языке в коммунах их проживания   или, если что-то и сделало, то неадекватным образом (в случае с г. Краайнем);   - лишает в их коммунах субсидий учебные заведения, не приводящие свою   деятельность в соответствие с положениями о языке школьного законодательства;   - отказывается официально утверждать аттестаты и дипломы, выдаваемые этими   заведениями;   - препятствует доступу их детей   к классам с обучением на французском,   существующим в некоторых местах;   - обязывает родителей делать выбор между помещением детей в местные школы с   образованием на голландском и направлением их на учебу в район Брюсселя, где преподавание   может вестись на французском.   По утверждениям заявителей, имело место нарушение Ст.Ст. 8 и 14 ЕКПЧ, а также Ст. 2   Протокола 1 ЕКПЧ.   Прежде чем высказываться по специфическим вопросам, поднятым Комиссией, заявителями и   бельгийским правительством, Суд начал с анализа смысла и объема статей Европейской   Конвенции о защите Прав Человека, упомянутых заявителями и объявленных приемлемыми   Комиссией.   Прежде всего, Суд рассмотрел Ст. 2 Протокола 1 ЕКПЧ. По его мнению, в первом же   предложении этой статьи, предусматривающей, что "никому не может быть отказано в праве на   образование", закрепляется настоящее право на образование. Принимая во внимание наличие в   государствах - членах Совета Европы официальной системы общего образования в момент   открытия Протокола для подписания, установленное им "право на образование" обязывало их   гарантировать лицам, находящимся под их юрисдикцией, право пользования средствами   образования, которые имелись в наличии на тот момент. По мнению Суда, первое предложение   Ст. 2 Протокола 1 ЕКПЧ гарантирует право доступа к существующим образовательным   заведениям, а также право на получение, в соответствии с правилами, действующими в каждом   из государств, официального признания пройденного курса обучения. Напротив, Европейская   Конвенция о защите Прав Человека не налагает никаких определенных обязательств в   отношении объема предоставляемых средств обучения, организации или же субсидирования   этих заведений. В частности, ничего не говорится о языке, на котором должно вестись обучение   для обеспечения соблюдения права на образование.   Обратившись далее к анализу Ст. 8 ЕКПЧ, Суд разъяснил, что сама по себе эта статья не   гарантирует права на образование, так как ее предметом является главным образом защита   личности от беззаконного вмешательства органов государственной власти в ее личную и   семейную жизнь. Тем не менее, так как Европейская Конвенция о защите Прав Человека должна   рассматриваться как единое целое, то может случиться, что тот или иной предмет, которому   специально посвящено одно из ее положений, может относиться рядом своих аспектов к другим   положениям Конвенции. Полагая, что меры, принятые в области образования, могут затрагивать   право на уважение личной и семейной жизни, Суд подчеркнул свое намерение рассмотреть   фактические обстоятельства дела с точки зрения как первого предложения Ст. 2 Протокола 1   ЕКПЧ, так и Ст. 8 ЕКПЧ.   Относительно Ст. 14 ЕКПЧ, то Суд сначала отметил, что гарантия от дискриминации в   обращении, inter alia по признаку языка, не может существовать самостоятельно, сама по себе.   Касательно "пользования правами и свободами, изложенными в настоящей Конвенции",   необходимо рассматривать принцип недискриминации как составную часть каждой из статей   Конвенции, закрепляющей права   и свободы. Следовательно, мера, сама по себе   соответствующая требованиям статьи, устанавливающей то или иное право или свободу, может,   тем не менее, нарушать эту статью, если она приобретает дискриминационный характер.   Констатировав, что зачастую некоторое неравноправие   в правах было направлено   исключительно на выправление фактического неравноправия, Суд уточнил, что Ст. 14 ЕКПЧ не   запрещает любое различие в обращении при осуществлении признанных прав и свобод, так как   равенство в обращении бывает нарушено лишь тогда, когда установлению различия в   обращении недостает объективного   и разумного обоснования. Существование такого   обоснования должно оцениваться в сопоставлении с целью и последствиями рассматриваемой   меры, принимая во внимание принципы, обычно превалирующие в демократическом обществе.   Применяя эти соображения ко всем особым вопросам, поставленным перед ним, и рассмотрев   каждый из них в отдельности, Суд пришел к выводу, что ни одно из оспариваемых положений   не нарушило Ст. 8 ЕКПЧ, взятую в отдельности или в совокупности со Ст. 14 ЕКПЧ. А равно,   не имело места нарушение Ст. 2 Протокола 1 ЕКПЧ. Тем не менее, Суд отметил, что Ст. 14   ЕКПЧ, рассмотренная в совокупности со Ст. 2 Протокола 1 ЕКПЧ, была нарушена статьей 7.3   закона от 2 августа 1963 года. Действительно, будучи дискриминационной по своему характеру,   эта статья нарушила право на образование некоторых детей. Основываясь исключительно на   месте жительства родителей, она препятствовала их доступу к школам, в которых обучение   велось на французском языке в шести коммунах в окрестностях Брюсселя, и которые обладали   своим собственным статусом.   Языки судопроизводства:   Английский, французский.