18497/03

Равон и другие против Франции   [Ravon and Others v. France] (№ 18497/03)   Постановление от 21 февраля 2008 г. [вынесено III Секцией]   Обстоятельства дела В связи с подозрением компаний-заявителей в налоговом мошенничестве   налоговые органы на основании постановлений суда провели обыски и   изъяли документы в офисах компаний и в доме первого заявителя. Заявители   безуспешно требовали признания указанных действий незаконными.   Вопросы права По поводу применимости к делу положений пункта 1 статьи 6 Конвенции.   Пункт 1 статьи 6 Конвенции в гражданско-правовом аспекте применим к   спору, касающемуся законности действий по обыску в жилых помещениях   и выемке документов у заявителей, при этом основной вопрос заключается   в том, имело ли место нарушение властями права заявителей на уважение   жилища. «Гражданский» характер права очевиден, поскольку оно признает-   ся в национальном праве как в статье 9 Гражданского кодекса, так и в силу   того, что оно охраняется статьей 8 Конвенции, которая обладает прямым   действием в рамках французской правовой системы.   По существу дела. Заявители обжаловали отсутствие доступа к эффектив-   ному средству правовой защиты для обжалования незаконности обысков   и выемок, произведенных согласно статье L.16 B Налогового процессуаль-   ного кодекса. Согласно данной статье постановления, разрешающие обыск   в жилых помещениях, могли быть обжалованы только в кассационном   порядке. Европейский Суд заключает, что сама по себе возможность касса-   ционного обжалования, которой заявители, более того, воспользовались,   не отвечала требованиям пункта 1 статьи 6 Конвенции, поскольку такая   жалоба в Кассационный суд, рассматривающий только вопросы права, не   позволяла исследовать факты, на которых были основаны спорные поста-   новления. Тот факт, что разрешения на проведение обысков жилых поме-   щений были выданы судьей, в результате чего на первый взгляд судебная   проверка, включающая исследование фактов, проводилась при принятии   соответствующих решений, не был достаточен для исправления этого недо-   статка. Лицо, в чьих помещениях должен был проводиться обыск, которое   на данной стадии не было осведомлено о том, что в его или ее отношении   начато разбирательство, не имело возможности заявить свои доводы.   Европейский Суд подчеркивает ряд дополнительных обстоятельств.   На должностных лиц, производивших обыск, законом не возлагалась обя-   занность информировать заинтересованных лиц об их праве передавать   любые проблемы на рассмотрение судьи, который не был обязан ссылать-   ся в постановлении на возможность обращения в суд для отложения или   прекращения обыска либо на условия для этого. Присутствие заинтересо-   ванных лиц не требовалось, и закон не содержал положений о том, что они   должны пользоваться помощью адвоката или иметь контакт с внешним   миром. После завершения действия заинтересованные лица более не име-   ли возможности обращаться к судье, который разрешил его проведение.   Наконец, Европейский Суд полагает, что заявители не имели доступа к   «суду» с целью получить решение по спору, касающемуся их, после разбира-   тельства, отвечающего требованиям пункта 1 статьи 6 Конвенции.   Постановление По делу допущено нарушение требований статьи 6 Конвенции (принято   единогласно).   Компенсация В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил   выплатить первому заявителю 5 000 евро в счет компенсации причиненно-   го морального вреда. Европейский Суд счел, что установление факта нару-   шения Конвенции само по себе является достаточной справедливой ком-   пенсацией нематериального вреда, причиненного компаниям.